Юристам, регулярно участвующим в рассмотрении уголовных дел в суде, хорошо известно, насколько утомительной и бессмысленно-скучной является стадия оглашения судьей приговора. Измученный служитель Фемиды скороговоркой бубнит себе под нос отрывочные фразы, стороны по делу и публика, и без того уставшие от многочасового ожидания в коридорах суда, откровенно зевают, периодически залипая в смартфонах, а конвойные костерят про себя всех и вся, понимая, что попасть домой засветло сегодня опять не получится.

Наиболее красноречиво тягостность этой процедуры проявляется по большим и многоэпизодным делам, когда присутствующие в зале вынуждены слушать (или делать вид, что слушают) многочасовое монотонное чтение судьи, оживляясь лишь в самом конце, когда человек в мантии переходит к вопросам назначения наказания.

Классическая картина в российском суде, которая, по моему мнению, не имеет большого процессуального и юридического смысла, а является, скорее, неким ритуалом, традицией…

О бессмысленности многочасового оглашения приговоров по уголовным делам разговоры среди юристов идут уже очень давно.

Определенные подвижки в рассматриваемом вопросе были сделаны в 2014 году, когда Государственная Дума России внесла изменения в часть 7 статьи 241 УПК РФ, разрешив судам зачитывать по некоторым делам лишь вводную и резолютивную часть приговора. В эту категорию были включены дела, которые слушались в закрытом режиме, дела об экономических преступлениях и еще несколько составов преступлений (терроризм, организация и участие в НВФ, массовые беспорядки, государственная измена и др.),

Однако, на сегодняшний день, в соответствии со статьями 310 и частью 7 ст. 241 УПК РФ, по абсолютному большинству уголовных дел закон по-прежнему требует полного оглашения текста приговора

Такое половинчатое решение законодателя представляется мне не совсем логичным и по моему мнению, указанное правило может быть распространено на все уголовные дела, без исключения. Ибо, если это возможно в деле по неуплате налогов, то почему нельзя, скажем, по делу о ДТП?

Единственный момент, который может весьма взволновать коллег из адвокатского сообщества – возможность внесения существенных правок и корректировок в текст приговора после его вынесения.

Однако и эта проблема легко решаема. В целях исключения подобных злоупотреблений, в законе можно прописать обязанность суда сразу же после оглашения вводной и резолютивной частей приговора, вручать сторонам заверенные копии его полного текста.

В целом, полагаю, что каких-то фундаментальных препятствий, которые могли бы помешать распространить действие части 7 ст. 241 УПК РФ на все уголовные дела, рассматриваемые судом, на сегодняшний день нет и полагаю, что значительная часть адвокатского сообщества будет солидарна со мной в этом вопросе.